маленький и нежный бот-шизофреник (anavuajna) wrote in femunity,
маленький и нежный бот-шизофреник
anavuajna
femunity

Женская тюрьма в России, часть 3. Яна: почти грабеж

Зимним вечером 22-летняя Яна вместе с друзьями провожала знакомого на поезд. После этого компания направилась в торговый центр — пообщаться и немного выпить. Девушка вспоминает, что после нескольких стаканов алкоголя они отправились на улицу и встретили женщину в меховой шубе. Яна и ее друг — веганы, идейные противники использования продуктов и вещей животного происхождения. «Мы просто решили отрезать у нее небольшой клок волос», — рассказывает она сейчас. Однако женщина и ее муж разбираться в мотивах напавших на них веганов не стали и заявили полиции, что у них пытались отобрать сумку. В итоге веганов осудили по статье 161 часть 2 (грабеж). Яна провела девять месяцев в СИЗО и 15 месяцев в колонии.



«Как детский лагерь какой-то»

Мои изначальные представления о тюрьме были, наверное, как у всех — думала, каждый сидит в отдельной бетонной камере как в американских фильмах, всех избивают, мучают. Но вообще, все не так страшно, как рисуют. Наша колония в Калужской области, правда, была не особо показательной — ее открыли недавно, там раньше сидели малолетки, а потом завезли женский контингент. Учреждению исполнялся год, когда я была там. Публика в основном московская, много богатеньких. Всего 300 человек — это очень мало для колонии, одни первоходы. Основные преступления — наркотики, убийства, кражи.

Все переехавшие с других зон поголовно утверждали, что в плане устройства колония нормальная — есть душ, а под конец моего срока и горячая вода появилась. Работали мы обычно два через два дня по 12 часов, на других зонах не так — пашут каждый день. И несмотря на такой рабочий график, переехавшие жаловались, что в плане отношения мусоров к нам — здесь просто ад. И повсюду видеонаблюдение — каждый сотрудник ходит с камерой на груди. Одна девочка как-то не выдержала и сорвала камеру с мента. Ей пришили статью «нападение» и добавили срок.

Сама я, честно говоря, не очень понимала, что происходит — сравнивать было не с чем. Но плохое отношение ощущалось. Когда под конец смены тебя снимают с работы, то с «промки» (промышленной зоны) тебя выводят в «жилку» (жилую зону) и проводят через коридор с металлоискателем. Охранники должны были делать это очень быстро, но никогда не торопились — могли специально начать обыскивать, заставляли снимать одежду. Отводили несколько девочек в столовку и не выпускали оттуда. И вот: три человека едят, а все остальные ждут. Конечно, ты тут и на мусоров злишься, и этих троих подгоняешь. Могли еще прийти и вытащить все из тумбочек. Про физическое насилие — тоже было несколько раз.


Швейный цех женской колонии в Ивановской области

Иногда проводили трудовые марафоны по пошиву мусорской формы. Одна бригада без выходных работала три недели по 12 часов, а по ночам ее сменяла другая. Я раньше не шила, да и там особо не старалась этому научиться — мне и давали самую тупую работу.

В выходной день был клуб, где заведовал психолог. Основной репертуар — профилактические фильмы про наркотики и другие колонии. Потом клубом стала руководить севшая за траву девочка из МГУ, она хорошее кино выбирала: «Форрест Гамп», например. Свободное время иногда было — ходила в спортзал, занималась йогой и кросс-фитом, но отличие от СИЗО в том, что тебя постоянно могли отвлечь. Мусора собирали всех в холле и рассказывали про грядущие комиссии. Как детский лагерь какой-то.

У нас был блатной отряд, люди с деньгами. Они постоянно в колонию что-то покупали, то диваны, то холодильники, ментам — планшеты.

Самым тяжелым было то, что приходилось подчиняться и делать то, что совсем не хотелось. Если ты отказываешься, нужно идти в отказ до конца. Тебя начнут гнобить, тогда ты должен терпеть. В принципе, ничего страшного не будет, тебя не изобьют. Но будет трудно в моральном плане. Начнут бросать в твой в адрес всякие словечки, остальные это подхватят.

Если бы меня заставили помыть туалет — для колонии это совсем унизительно — я бы ушла в отказ. Мыли туалеты не опущенные, а те, у кого не было родственников и денег, они мыли туалеты за сигареты. Были и другие — они мыли, потому что просто размазня. Ну, или бабушки, которым уже все равно. Отдельная работа — выносить мусор, туда посылали тех, кого не уважали. Это делали, в основном, молодые девочки.

Мне было все равно, моет ли человек пол, туалет, выносит мусор — просто дело в том, как к этому относятся другие. Все в приказном тоне: иди и убирай. Я пыталась общаться на такие темы, говорила, что не надо гнобить других людей, но меня никто не понимал. Они считают это слабостью, и если ты это показываешь — начинают гнобить. Проявления слабости — это если ты плачешь, не можешь никому ни в чем отказать, тебе можно что-то грубое сказать, а ты промолчишь.

Про то, как стоит вести себя в колонии: есть несколько путей. Все зависит от того, хочешь ты выйти по УДО или нет. У нас все знали, что никто по УДО не выйдет — в нашей колонии выходили только за бабки. За первый год ушли два человека, и им скостили только месяцев 10 из общего срока в девять лет. Рассказывали, что расценки такие: один миллион за полтора-два года.

Если ты не рассчитываешь на УДО, можно поступить двумя способами — жить как все или пойти в отказ от всего. Если не нравится работать, хочешь ото всех отделиться, не хочешь ходить на хозяйственные работы, тебя могут поселить на строгие условия. Там будет похуже — меньше передачек, подъем раньше, нельзя полежать в течение дня, шить также нужно. Но если пошел на более жесткие условия, то зачем вообще работать? Бывалые рассказывали, что просто сходишь с ума, когда ничего не делаешь.

Если все-таки хочешь выйти по УДО, стоит делать все, что тебе говорят, проявлять инициативу, участвовать в мероприятиях. У нас были разные концерты, в основном, приуроченные к датам. Приезжали важные шишки, телевидение, девочки ставили мюзикл «Анастасия» — просто мультик посмотрели и станцевали. Тебе за это могут дать поощрение, ты сможешь лишний раз сходить на свиданку. Когда будет срок УДО, можешь сказать: у меня пять поощрений, давайте УДО, я хороший.

Я не пошла в отказ, потому что, наверное, надеялась на УДО. И не хотела, чтобы на меня морально давили. Когда я сейчас приезжаю в колонию на свиданки, то понимаю, как ненавижу эту администрацию. Такие твари! Хорошие люди там не работают. Я старалась занимать себя книжками, узнавать что-то новое. Положительным для меня тюрьма стала в плане опыта, но отрицательным — в плане времени. Мне уже 24, а я потеряла кучу времени.

Если ты все-таки попал туда, не надо думать, что ничего не наладится — это все временно. Если ты нормальный человек, к тебе будет нормальное отношение. Насилия между зечками почти не бывает. Единственный случай знаю — когда я уже уехала из колонии: две заключенные избили женщину, болевшую раком, и она умерла. Но им ничего за это не было.

Источник: Автономное действие.

Часть 1.
Часть 2.
Tags: женские истории
Subscribe
promo femunity april 17, 2017 12:00
Buy for 10 000 tokens
Сообщество FemUnity в Dreamwidth Страница FemUnity в Facebook Страница FemUnity в Вконтакте Открытая группа FemUnity Club в Facebook Сообщество menspeak в Dreamwidth Группа menspeak в Facebook Страница "Женская сила" в Facebook Паблик ВК "Женская Сила" Библиотека…
Comments for this post were disabled by the author